Может ли Россия стать крупным игроком на гелиевых рынках?

0
111

С запуском новых крупных гелиевых мощностей в России риск глобальной нехватки гелия перестанет быть реальностью.

В этом месяце «Газпром» запустил первую из шести ниток Амурского газоперерабатывающего завода (ГПЗ). К 2025 году, когда завод выйдет на проектную мощность, он не только станет крупнейшей в России площадкой по переработке природного газа (42 млрд кубометров в год), но и увеличит долю России на мировом рынке гелия. Помимо этана, сжиженных углеводородных газов и пентан-гексановой фракции, приграничный с Китаем Амурский ГПЗ сможет производить до 60 миллионов кубометров гелия в год. Чтобы прояснить ситуацию, в 2020 году Россия произвела 4,5 миллиона кубических метров (млн кубометров) гелия, что намного меньше, чем в США (74 млн кубометров, включая гелий из хранилища Клиффсайд) и Катар (45 млн кубометров, по данным Геологической службы США).

Окно возможностей

Окончательное инвестиционное решение по проекту Амурского ГПЗ «Газпром» принял в октябре 2012 года, а также утвердил инвестиционный план по Чаяндинскому месторождению, которое впоследствии снабжало газом трубопровод «Сила Сибири». Год спустя Конгресс США принял Закон об охране гелия (2013 г.), ограничивающий изъятие гелия из хранилища в Клиффсайде. По данным Геологической службы США, в 2012 году из этого хранилища было взято 60 млн кубометров гелия, а в 2020 году этот показатель не превышал 13 млн кубометров. В результате за тот же период США сократили поставки гелия более чем на 40% (со 133 млн до 74 млн куб. М, как следует из данных USGS), что не могло не создать возможности для других стран-поставщиков, чья мировая доля увеличилась с 24% в 2012 году до 47% в 2020 году. Катар, например, увеличил производство гелия более чем в три раза в период с 2012 года (13 млн кубометров) по 2020 год (45 млн кубометров).

Однако это не предотвратило риск глобального дефицита, о чем свидетельствует рост цен. По данным Центра международной торговли ООН / ВТО, в 2020 году средняя экспортная цена гелия в США выросла на 21%, с 3,5 до 4,2 доллара за кубический метр, а в ноябре 2020 года она превысила 4,9 доллара за кубический метр. Причина — рост спроса, особенно в Азии: в 2020 году общие поставки гелия из США в Японию, Китай и Южную Корею превысили уровень 2017 года на 40% (43,4 млн кубометров против 31,0 млн кубометров). Спрос обусловлен рынком магнитно-резонансной томографии (МРТ), который является одним из ключевых сегментов потребления гелия. С 2016 по 2019 год продажи оборудования для МРТ в Японии, Китае и Южной Корее выросли в общей сложности на 24% (до 1,1 млрд долларов, по данным Mordor Intelligence), и еще не достигли пика: в 2019 году по среднему количеству Отделения МРТ в Южной Корее были почти вдвое меньше Соединенных Штатов (30 против 55 единиц на миллион населения, по данным ОЭСР). Другой движущей силой является аэрокосмическая промышленность, на которую накануне пандемии приходилось 9% мирового спроса на гелий (по сравнению с 26% для здравоохранения, 14% для электроники и 51% для всех других секторов, по данным Mordor Intelligence). Здесь использование гелия будет стимулироваться запуском китайской орбитальной станции, а также амбициозными планами SpaceX и большей доступностью космического туризма. Согласно прогнозу Mordor Intelligence, в период с 2016 по 2019 год мировой спрос на гелий в этом секторе вырос на 9%, а к 2024 году он вырастет еще на 21%. То же самое и с электроникой, где гелий используется для охлаждения смартфонов. В период с 2016 по 2020 год мировое количество пользователей смартфонов выросло на две трети, с 3,7 миллиарда до 6,1 миллиарда. Этот рост вряд ли остановится, учитывая, что к 2024 году количество мобильных устройств (включая планшеты и устройства IoT) увеличится с 14 миллиардов до 17,7 миллиардов, согласно прогнозу Statista.

Таким образом, мировой спрос на гелий будет продолжать расти: к 2024 году он вырастет на 21% по сравнению с уровнем 2019 года, как следует из прогноза, предоставленного Mordor Intelligence до начала пандемии. Более того, реальный рост может оказаться еще более значительным, учитывая стремительный рост спроса на МРТ во время пандемии. Вот почему производители гелия были в числе фаворитов фондового рынка последние полтора года: по данным Bloomberg, с начала января 2020 года до середины июня 2021 года рыночная капитализация Helium One (Великобритания) почти утроилась (до 154,1 доллара США). миллионов). По Blue Star Helium (Австралия) он вырос в 9 раз (до 32,9 млн долларов), по RHC Helium (Канада) — в 86 раз (до 60,5 млн долларов).

График новых проектов

По этой же причине Амурский ГПЗ не будет единственной новой площадкой по производству гелия в России. На сегодняшний день единственной российской площадкой является Оренбургский гелиевый завод, который сократил производство с 5,1 до 4,5 млн кубометров в период с 2017 по 2020 годы. Но уже в 2022 году Иркутская нефтяная компания (ИНК) намерена ввести в эксплуатацию завод с годовой производительностью 7,5 млн кубометров гелия на Ярактинском месторождении в Восточной Сибири. После этого в 2025 году ИНК запустит еще один гелиевый завод (мощностью 4,5 млн куб. М в год), который будет перерабатывать газ Марковского месторождения.

В Якутии при поддержке Корпорации развития Дальнего Востока к 2030 году будет построено хранилище гелия вместимостью 40 млн куб. , а также «Роснефть», RNG и АЛРОСА — могут реализовать двухэтапный гелиевый проект. На первом этапе будут построены гелиевые мощности объемом от 0,3 до 1,2 млн куб. М в год, на втором этапе их объем будет увеличен до 8 — 12 млн куб. М в год.

В свою очередь, регулирующие органы, следуя потребностям ключевых игроков рынка, намерены включить в лицензии на месторождения природного газа обязательства по добыче запасов гелия (чтобы избежать ежегодных потерь гелия до 15 млн куб. М), а также установить как государственные и коммерческие запасы гелиевого концентрата (для обеспечения долгосрочных потребностей отраслей, потребляющих гелий, и для хеджирования экспортных рисков). Это поможет российским производителям увеличить годовой объем производства гелия до более чем 80 млн куб. М — до уровня, избыточного для российского рынка, учитывая, что годовой внутренний спрос никогда не превышал 4,8 млн куб. М, а в 2020 году он составил 4 млн куб. из Аналитического центра ТЭК Минэнерго России. Поэтому новые российские гелиевые проекты будут ориентированы на экспорт.

Более чем своевременное решение

И это хорошая новость для мирового рынка, учитывая уже упомянутый риск глобального дефицита. Фактически, российские производители войдут в нишу, образовавшуюся после сокращения предложения в США. С 2012 по 2020 год последняя упала на 59 млн куб. М, что почти эквивалентно гелиевой мощности Амурского ГПЗ. Следовательно, рост российского экспорта не приведет ни к падению цен, ни к профициту на мировом рынке. Напротив, Россия станет спасителем мирового рынка, способным удовлетворить потребности европейских и азиатских потребителей благодаря рассредоточенным производственным мощностям и связанным с ними логистическим преимуществам.

Linde уже воспользовалась этим: в 2018 году немецкий производитель промышленного газа подписал контракт на закупку гелия у Амурского ГПЗ, ранее став его лицензиаром. Будем надеяться, что по этому пути пойдут и другие ключевые игроки рынка.

Эта статья изначально была опубликована на сайте Oilprice.com.