Путин использовал Валдайскую речь, чтобы отстаивать «умеренный консерватизм», но настойчивое стремление Запада рассматривать Россию как угрозу может привести к войне.

0
22


К Дмитрий Стефанович, Научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений им. Примакова (ИМЭМО РАН) и соучредитель проекта Vatfor. Следуйте за ним в Твиттере @KomissarWhipla

В условиях, когда Россия сталкивается с новыми жесткими ограничениями по Covid-19, борется с растущей напряженностью с военным блоком НАТО и все еще пытается выяснить истинные намерения президента США Джо Байдена, Владимиру Путину будет многое надолго задуматься.

В данный момент президента России больше интересуют энергетика и «здоровый консерватизм», чем геополитические споры. Мы не можем со всей серьезностью сравнивать это обращение с его напыщенной речью в Мюнхене 2007 года, осуждающей расширение НАТО, потому что на этот раз он был значительно менее эмоциональным. Акцент сместился — нам нужно сохранить и поддерживать то, что мы уже построили, сосредоточив внимание на улучшении качества жизни россиян.

Более того, есть общее ощущение, что российское руководство применяет классические медицинские методы. «не навреди» формула, когда дело доходит до того, чтобы справиться с текущей ситуацией, которая сейчас напоминает гобелен из нескольких кризисов, каждый из которых по-разному влияет на нашу повседневную жизнь и разворачивается в соответствии с их собственными временными рамками.

Путин использовал это «не навреди» девиз в объяснении своего взгляда на «умеренный консерватизм», которую он видит как лучшую стратегию в текущей ситуации, когда так много неуверенности в будущем. Однако она, вероятно, будет принята как долгосрочная философия, которая может и в конечном итоге будет применяться во всех сферах жизни. Важно убедиться, что это не превратилось в политику виртуозного бездействия, которая также берет свое начало в медицинской практике, а перекочевала в политику и дипломатию. Мы не должны использовать этот подход для оправдания каких-либо промедлений с нашей стороны.

Ежегодный дискуссионный клуб «Валдай» на прошлой неделе завершился тем, что президент России возглавил заключительное пленарное заседание. Встреча 2020 года проводилась частично в режиме онлайн из-за пандемии коронавируса. В этом году возможность провести несколько дней лицом к лицу на горном курорте за пределами Сочи должна была в какой-то степени символизировать шаг к нормальной жизни.

Тем не менее, как и следовало ожидать, участие иностранных экспертов оставалось ограниченным, но, надо отдать должное, многие приходили, и когда они приходили, разговоры как на публике, так и в кулуарах были искренними. Обсуждения на конфиденциальных сессиях были такими же откровенными, но им было труднее поделиться. Однако стоит отметить, что преобладающим настроением было раздражение по поводу политики Запада.

Мои личные впечатления от почти недельного мероприятия можно выразить одним словом: «десекьюритизация». До недавнего времени в политическом дискурсе доминировала концепция секьюритизации, что означает переопределение любой проблемы или области исследования с точки зрения национальной или международной безопасности. Похоже, что большинство сессий, включая заключительную дискуссию с Путиным, сместили акцент с предыдущих лет на экономику, социологию, экологию, идеологию и, естественно, пандемию. Практически повсеместно эксперты подчеркивали важность объединения усилий на международном уровне для создания условий для устойчивого развития. Фактически, сессия, посвященная глобальному потеплению и декарбонизации, была одной из самых интересных с точки зрения фактической информации и здравых идей.

При этом реальные угрозы безопасности практически не оставались без внимания. Вопросы, в том числе адресованные непосредственно президенту России, варьировались от украинского кризиса и НАТО до частных российских военных компаний, действующих в Африке, до угрозы мировой войны или ее отсутствия благодаря ядерному оружию. Отвечая на вопрос о последнем, Путин справедливо отметил, что угроза взаимного уничтожения — это фактор, который все еще играет роль.

Еще одна неизбежно поднимавшаяся тема — отношения между США и Россией. Президент Путин одобрительно отзывался о некоторых решениях Байдена, включая вывод США из Афганистана, хотя кое-что в его словах напомнило его прошлогодние комментарии о лидере Армении Никола Пашиняне. В целом, трудно утверждать, что мы видим противоположные тенденции в отношениях между США и Россией: хотя есть некоторый прогресс в вопросах стратегической стабильности и даже кибербезопасности, в отношении дипломатических миссий верно обратное.

Любой отчет о недавнем заседании Валдайского клуба был бы неполным без упоминания дискуссии между Путиным и лауреатом Нобелевской премии мира этого года Дмитрием Муратовым, главным редактором «Новой газеты». Кажется, что оба они были прямолинейны, и было ясно, что у них очень разные толкования закона об «иностранных агентах», который требует от организаций, получающих финансирование из-за рубежа, широко раскрывать этот факт.

Не исключено, что само существование столь расходящихся точек зрения или, можно сказать, нарративов еще раз подчеркивает недостатки этого закона. Однако Путин даже пошутил над идеей проведения заседания клуба «Валдай» в Нью-Йорке, объяснив, что участники могут рассмотреть возможность встречи на нейтральной территории для развития более тесных связей с иностранными экспертами. В некоторой степени это признак того, что Москва не собирается разорвать связи с Западом, независимо от ее позиции в отношении иностранного влияния у себя дома.

Трудно не надеяться, что после Валдайской конференции будет более глубокое понимание точки зрения российского руководства за рубежом, и что это понимание будет способствовать лучшему принятию решений и управлению. В противном случае мы можем ожидать обострения конфликтов, которые потенциально могут привести к колоссальной войне, которую никто не хочет видеть.

Нравится эта история? Поделись с другом!